Как Макаренко предсказал контрреволюцию в СССР?

Выясняя причины мартовской контрреволюции 1953 г. в СССР, мы потеряли из виду одну из решающих её причин. Речь идёт о советской системе воспитания и образования. В данной заметке мы лишь вкратце затронем эту причину, оставив на будущее подробное её раскрытие.

В 1927 г. вышла фундаментальная для марксизма работа, стоящая по значимости наряду с «Капиталом» Маркса и «Кратким курсом истории ВКП(б)» Сталина. Это — статья А. Макаренко под заголовком «О некоторых проблемах теории и практики воспитания». Именно в ней, указывая на коренную проблему системы воспитания, он задаётся вопросом: где у нас гарантия того, что из существующей системы не вырастет самое наглое шкурное мещанство? Проблема, которой касается Макаренко, не надстроечная. Она имеет прямое отношение к базису и отвечает на вопрос: как правильно воспроизводить и развивать производственные отношения? Вкратце расскажем, о чём говорится в статье.

Во-первых, воспитание подрастающего поколения должно планомерно регулироваться государством. Это очевидная для всякого коммуниста истина. Но для большинства на ум придёт советская школа, пионерия и комсомол. Школа — это образовательное учреждение, в котором стоит задача передачи знаний учащимся. Воспитание в школе является элементом именно образовательной системы. Школьные коллективы и группы созданы именно с целью получения образования, побочным продуктом которого является воспитание. Но в СССР система образования считалась основным инструментом воспитания детей и молодежи. Это была последовательная позиция Н. Крупской: «Школа у нас — ведущее звено в деле всего воспитания подрастающего поколения». Макаренко же имел противоположную позицию. Поскольку воспитывать может только коллективная, совместная жизнь, связанная трудом и учёбой, то ведущим звеном в деле воспитания должны стать детские дома. Они не должны рассматриваться как учреждения временные, сделанные только для беспризорных детей. При правильной организации работы в них как в макаренковских коммунах, они могут и должны получить повсеместное распространение для всех детей. А что это значит? Это значит, что пролетарское государство может целиком и полностью с детства планомерно закладывать в людей необходимые принципы. 

Если у Крупской система воспитания рассматривалась как элемент системы образования, то у Макаренко наоборот. Можно сколь угодно вложить в детей знаний и навыков, но сами по себе они не дают коммунистического мировоззрения. Чтобы воспитать коммунистов, необходимо контролировать все стороны общественного бытия каждого человека. А это невозможно, если ребенок живёт в одном месте, тренируется в другом, трудится в третьем, а учится в четвёртом. Даже политехнизм Крупской (который, к слову, тоже не внедрили в школы СССР) не спасёт ситуацию, поскольку он представляет собой латание существующей системы. 

Итак, совместная жизнь, на основе которой развиваются совместный труд и совместная учёба — вот система Макаренко. Её ни единого дня не было в СССР. Детские дома так и остались «временным явлением», где содержались только беспризорные дети. Победила система Крупской в крайне урезанном виде. 

Во-вторых, семья не должна рассматриваться как основная, первичная ячейка общества. Правильно организованный, оборудованный детский дом даст ребёнку несравненно больше того, что может дать семья. Помещение детей в детские дома высвободит у родителей огромную кучу сил и времени, необходимых им для общественного труда и управления государством. Это, конечно, не значит, что дети вообще никак не будут связаны с родителями. Связь будет, но основную массу времени ребёнок будет проводить в коммунистическом коллективе. Это полностью устраняет произвольность, субъективность и стихийность, присущие семейному воспитанию.

Государство не может раздать каждому крестьянину трактор, поэтому объединяет крестьян в колхозы, снабжаемые нужной для обработки земель техникой. Это — наиболее оптимальный вариант, который вместе с тем готовит крестьян стать пролетариями. 

К чему тут колхозные крестьяне? К тому, что примерно схожая ситуация и с воспитанием. Государство не может организовать воспитание в каждой отдельной семье. Поэтому наиболее оптимальный вариант — сделать сеть детских домов (коммун), в которой будет планомерно организован воспитательный процесс. Основной, первичной ячейкой общества должны стать детские дома.

Сказанное не говорит о том, что семья должна отмереть. Как раз таки с момента повсеместного внедрения макаренковских коммун для всех детей семья наполнится новым содержанием. Она впервые в истории станет свободным союзом трудящихся мужчины и женщины. 

Победа системы Крупской (упор на школу) над системой Макаренко (упор на детские дома) была одной из причин контрреволюции в СССР! Именно из-за этой победы не было никакой гарантии «что из нашего теперешнего детства не вырастет самое наглое шкурное мещанство или растяпы и лежебоки «без царя в голове» и без уважения к себе и другим».

Именно эта победа привела к производству и воспроизводству мещанства в советском обществе. Огромная часть советских детей, оставшихся без отцов во время войны, могла жить и воспитываться именно в сети макаренковских коммун. В действительности же из них тоже выросло в массе своей мещанство. Ни семейное, ни школьное воспитание не сравнимы по своей эффективности с коммунальным воспитанием.