Робот не лишит тебя работы

«Роботы заменят людей» пишут одни, «Ещё чуть-чуть и мы будем жить в раю» говорят вторые, «скоро будем жить как в Терминаторе» маниакально твердят третьи. Правда на самом деле куда прозаичнее и хуже сразу всех трёх картин: годы автоматизации идут, но мы всё чаще сталкиваемся с переработками, выгораниями, психическими проблемами и низкими заработными платами.

Ближе всего к обещанному «раю» подобралась идея 4-дневной рабочей недели. Вот оно, грядущее спасение: в Европейских странах с 2010-х проводят эксперименты по внедрению 4-х дневки при сохранении заработной платы. Однако, если разобраться, то можно увидеть несовпадение уровня автоматизации и сокращению рабочего дня: Исландия ещё с 2015 года практиковала сокращенную рабочую неделю, хотя она не входит в мировые списки по уровню автоматизации. Есть и обратный пример – Южная Корея. Эта страна лидирует по количеству роботов на 10 тысяч сотрудников и одновременно по переработкам и выгоранию на работе. Получается, ни низкий, ни высокий уровень автоматизации сам по себе не гарантирует сокращения рабочего дня. Значит, дело не в роботах, а в чём-то другом.

Это «что-то другое» — экономические отношения внутри страны. Разберём на простом примере.

Предположим, что на производстве металлических деталей появилась новая техника, она значительно увеличила выработку за час, на 50%. Обязан ли сократиться рабочий день, ведь прежний объём продукции теперь можно произвести за меньшее время? Ни в коем случае. Техника сама по себе ничего не решает, это лишь мёртвый инструмент в руках у людей. Только отношения между рабочими и работодателями определяют, сколько они будут трудиться, сколько они будут получать и так далее. Этот же принцип объясняет разницу между Исландией и Кореей: не количество роботов определяет длину рабочего дня, а то, кто в стране диктует условия: наёмные работники или капитал. Следовательно, все разговоры о сокращении рабочего дня без учёта этого висят в воздухе.

Пока мы говорили о том, что автоматизация сама по себе не сокращает рабочий день. Но ведь техника может пойти дальше и просто нас всех заменить роботами, тогда человечество просто не будет работать?

Нет, работать останутся не все. Техника освобождает часть людей от труда, их сокращают, но что будет делать общество с миллионами безработных? «Рынок труда будет реструктуризирован» – вот последнее слово современного общества.

Переводя на человеческий, это означает, что миллионы людей будут обречены на голодное, нищенское существование. Обеднев, эти люди перестанут покупать товары, производимые вытеснившими их роботами. Товары переполняют витрины, переулки переполняют тысячи бродяг, смотрящих на витрины. Оставшиеся рабочие окажутся на осаждённом положении: с одной стороны их прижимает машина, готовая в любую минуту сократить и их, с другой стороны – сотни голодных ртов, готовые работать за вдвое низкую заработную плату, лишь бы она обеспечивала минимальное существование. Рабочие выгорают, переполняют сумасшедшие дома и кабинеты «психологов», пока другие вынуждены перебиваться бесконечными подработками и идти на любые «темки» ради пропитания. Вот закономерное развитие современного общества.

Этому развитию рабочие противопоставляют организованную борьбу: за индексацию заработных плат, за сокращение рабочего дня. Но эти сражения не могут в корне поменять ситуацию, пока они не ведутся в политическом поле. Помните пример Исландии? Пока у власти не находятся рабочие, никто не может гарантировать сохранность 4-х дневки в этой стране. Если потребуется капиталу, то он любым удобным способом уничтожит это завоевание рабочих. Рабочие, взяв власть, сократят рабочий день, устранят ненужные человеческие работы, будут организованно и планомерно вести хозяйство, не допуская никаких кризисов. Ведя только экономическую борьбу, невозможно добиться всеобщего успеха, невозможно закрепить выигрыш.

Если вы рабочий, то вступайте к нам, мы вместе будем работать над созданием политической партии рабочих, что добьётся достойных условий существования для рабочих.