Роль Сталина в октябрьском вооружённом восстании

Поздравляем наших читателей с днём Великой Октябрьской социалистической революции. 7 ноября – знаменательная дата, как в истории нашей страны, так и для всего рабочего класса мира. Для коммунистов этот день доказывает верность многолетнего опыта большевиков в деле строительства партии, налаживания связи с рабочим движением, борьбы с оппортунизмом и следования марксистским принципам. Речь в этой статье пойдёт о человеке, который, в той же степени, как и Ленин, у коммунистов ассоциируется с Октябрьской революцией – речь пойдёт о Сталине и его роли в вооружённом восстании. Троцкисты всех мастей, по заветам «первоисточника», проповедуют, в лучшем случае, ту мысль, будто бы Сталин в период переворота оставался в стороне, занимался канцелярской работой, а в худшем же случае, он вообще пропустил революцию по своим личным мотивам. Ну и конечно же для них вождём революции был Лев Троцкий, как «практический руководитель восстания», Ленин же руководил лишь теоретической стороной вопроса. Против такого извращения истории и направлена данная статья. Предлагаем читателю освежить, возможно дополнить, знания о роли Иосифа Виссарионовича Сталина в Великой Октябрьской революции.

Приятного чтения!

Кипучая работа по подготовке захвата власти начинается с тайного прибытия Ленина в Петроград в апреле 1917 года. Обстановка в стране говорила о назревании нового политического кризиса, кризиса Временного Правительства. В своих «Апрельских тезисах» Ленин предопределил дальнейшую политику большевиков, установил чёткую позицию пролетарской партии в предложенных им тезисах:

«Признание факта, что в большинстве Советов рабочих депутатов наша партия в меньшинстве, и пока в слабом меньшинстве, перед блоком всех мелкобуржуазных оппортунистических, поддавшихся влиянию буржуазии и проводящих ее влияние на пролетариат, элементов от народных социалистов, социалистов-революционеров…
Разъяснение массам, что С. Р. Д. (Съезд рабочих депутатов – прим. ред.) есть единственно возможная форма революционного правительства и что поэтому нашей задачей, пока это правительство поддается влиянию буржуазии, может явиться лишь терпеливое, систематическое, настойчивое, приспособляющееся особенно к практическим потребностям масс, разъяснение ошибок их тактики» (ПСС В. И. Ленина, 5-е изд., Т. 31, С. 114-115).

Ленин настаивал на полный переход всей власти в руки Советам рабочих, крестьянских и солдатских депутатов, настаивал на решительное претворение в жизнь пролетарской линии: «На долю российского пролетариата выпала великая честь начать (пролетарскую революцию – прим. ред.)» (ПСС В. И. Ленина 5-е изд., Т. 31, С. 341). Однако не все в ЦК РСДРП(б) были согласны с ленинской позицией. Решительно против выступила мелкобуржуазная часть партии, а именно Рыков, Каменев и Зиновьев. Они стояли на «марксовой» (прикрывая ей свою нерешительность и колебания) теории, что пролетарская революция должна, якобы, начаться в Европе, а только потом, может быть, зацепит и Россию. Не понимая и не принимая объективного хода истории, где уже царит империализм, не желая развивать марксизм в условиях крестьянской России, эти господа скатились в «ожидание лучших времён», в примиренчество и хвостизм, о чём, собственно, они сами и говорили: «…Толчок от революционной солдатской руки идет на Запад, там он превращается в социалистическую революцию, которая будет опорой нашей революции» (Седьмая (Апрельская) Всероссийская конференция РСДРП (б). Протоколы. М. 1958. С. 92). Но была отдача и с другой стороны. И. В. Сталин, фактически возглавлявший большевистскую партию с марта (приезда из ссылки) по начало апреля (возвращение Ленина из эмиграции), выразил поддержку «Апрельским тезисам». Яркий тому пример – доклад Сталина на седьмой (Апрельской) Всероссийской конференции РСДРП(б), где он выступил с докладом о праве наций на самоопределение, тем самым дополнил и довёл до логического конца ленинскую мысль:

«Признавая за угнетёнными народностями право на отделение, право решать свою политическую судьбу, мы не решаем тем самым вопроса о том, должны ли в данный момент отделиться какие-то нации от Российского государства. Я могу признать за нацией право отделиться, но это ещё не значит, что я её обязал это сделать. Народ имеет право отделиться, но он, в зависимости от условий, может и не воспользоваться этим правом» (Собрание сочинений И. В. Сталина, Т. 3, С. 52).

В мае и вплоть до июльского кризиса большевики постепенно завоёвывали большинство в Советах, рассчитывая на мирный переход власти от Временного Правительства в руки самим Советам. Как это возможно? Дело в том, что в Российской республике на тот момент был бонапартизм – диктатура буржуазии, опирающаяся на военщину и лавирующей в условиях неустойчивого равновесия классовых сил, ибо был противовес правительству Керенского – система Советов, в условиях борьбы с буржуазией является органом выражения пролетарских интересов на политической арене. Но и они были на тот момент слишком слабы для взятия власти, т.к. в самих Советах, до начала осени 1917 года, господствовали мелкобуржуазные настроения из-за преобладания в них меньшевиков и эсеров. Поэтому большевиками (до 3-4 июня) была поставлена линия о завоевании большинства в Советах для их укрепления, на тот момент можно было рассчитывать на политический перевес пролетариата. Сталин в это время руководил работой большевистской печати. Перед ним стояла задача: донести до рабочих масс отношение большевиков как политической силы к Временному Правительству, пропаганда его бессилия и близорукости. На I Всероссийском съезде Советов рабочих и солдатских депутатов 50 большевиков были избраны в состав Центрального исполнительного комитета Советов. Среди них был и И.В. Сталин. В день закрытия съезда Советов, 18 июня, состоялась демонстрация рабочих Петрограда, которая прошла под большевистскими лозунгами. Её организатором был так же Сталин.

После провала наступления на фронте в Петрограде вспыхнули стихийные демонстрации. В столице назревало антиправительственное выступление. Большевики были решительно против данной демонстрации, ибо кризис на фронте и «в тылу» ещё не достиг своего пика. Однако рост недовольства было уже не остановить. 3 июля, вечером, 1-й пулеметный полк, а за ним и рабочие с заводов, в основном с Путиловского, вышли на улицы столицы. Демонстрация началась и шла под лозунгами: «Долой Временное правительство!», «Вся власть Советам рабочих и солдатских депутатов!». Большевики возглавили данный протест, чтобы придать ему организованный и мирный характер. Итак, реакция не заставила себя долго ждать. Утром по демонстрантам, коих было около 500 тыс. человек, был открыт огонь. Митингующие были расстреляны. Большевики же были обвинены в попытке государственного переворота и связях с кайзеровской Германией. Кончилось двоевластье, мирный переход власти сорван, вопрос теперь стоял о вооружённом восстании.

Примечательна ещё одна ситуация. Ленин, как и в целом большевики, был объявлен государственным преступником, над ним собирались «вершить правосудие». Ленин находился под угрозой ареста, ввиду предательства Троцкого, который сдался правительству, дескать «мне нечего скрывать перед судом, а вот Ленин разве боится?». Переубедил Владимира Ильича в этом вопросе Сталин, поскольку не было никаких гарантий, что до суда Ленина не расстреляют, а второго Ленина у большевиков не было. Тем самым Сталин спас вождя пролетариата от фактического самоубийства.

После ухода Ленина в подполье И. В. Сталин возглавил руководство партии. Уговорив наиболее нетерпеливых большевиков отступить, дав партийным организациям своевременные указания относительно политического курса в период отступления и в то же время сумев провести с эсерами и меньшевиками конструктивные переговоры, Сталин добился того, что партия понесла минимальные потери после июльского поражения. К VI съезду РСДРП(б) (26 июля — 3 августа), который был проведён подпольно, численность большевиков возросла со 100 тысяч в середине 1917 года до 240 тысяч к концу июля 1917 года. На самом же съезде Сталин выступал за продвижение ленинских принципов и громил, тогда ещё «не состоявшихся», уклонистов. Дискуссия возникла вокруг всё того же вопроса о революции в России. Сторонники Каменева, Рыкова и Зиновьева, тот же Преображенский на съезде, пытались продвинуть свою давно разбитую и реакционную идею об «ожидании» революции на Западе. Сталин же никогда не впадал в колебания и догматизм:

«Надо откинуть отжившее представление о том, что только Европа может указать нам путь. Существует марксизм догматический и марксизм творческий. Я стою на почве последнего» (Собрание сочинений И. В. Сталина, Т. 3, С. 187).

После разгрома корниловщины 25 августа влияние большевиков в Советах выросло. 31 августа 1917 года Петроградский, а 5 сентября — Московский Совет приняли резолюцию большевиков о необходимости перехода власти к Советам. В первой половине сентября это требование поддержали 80 Советов крупных промышленных центров. Кризис власти был очевиден, вопрос теперь стоял не такой, будет восстание или нет, а когда его начинать. Между 12 и 14 сентября В. И. Ленин писал письма Центральному Комитету — «Большевики должны взять власть» и «Марксизм и восстание». В них он утверждал, что в стране сложились объективные условия для проведения успешного вооружённого восстания:

«Ждать «формального» большинства у большевиков наивно: ни одна революция этого не ждет… История не простит нам, если мы не возьмем власти теперь.
Нет аппарата? Аппарат есть: Советы и демократические организации. Международное положение именно теперь, накануне сепаратного мира англичан с немцами, за нас. Именно теперь предложить мир народам — значит победить.
Взяв власть сразу и в Москве и в Питере (неважно, кто начнет; может быть, даже Москва может начать), мы победим безусловно и несомненно» (ПСС В. И. Ленина 5-е изд., Т. 34, С. 241).

Опираясь на волю большинства в столичных Советах, при содействии большевиков 12 сентября был создан Военно-революционный комитет (ВРК), ставший легальным штабом восстания, являвшийся временным исполнительным органом Советов. В его функции входили: установление количества боевых сил, которые были необходимы для обороны столицы, собственно составление самого плана обороны, принятие мер по обороне укреплению дисциплины в рядах революционных солдат, но главная задача состояла в том, чтобы провести мобилизацию революционных сил на вооруженное восстание, обеспечить его военно-техническую подготовку, оперативно объединить Красную Гвардию, солдат гарнизона и матросов Балтийского флота. В состав ПВРК (Петроградского Военно-революционного комитета) вошли представители ЦК и Петроградского комитета РСДРП(б), военных партийных организаций, президиумов пленума Петроградского совета и его солдатской секции, Красной Гвардии, Центробалта, Центрофлота, профсоюзов, фабзавкомов, железнодорожного союза, почтово-телеграфного союза, Финляндского областного комитета армии, флота и рабочих, левых эсеров и т.д. Возглавлял ПВРК председатель Петроградского Совета – Троцкий. Чуть позже (16 октября) был создан нелегальный партийный орган – Военно-революционный центр (ВРЦ), чтобы руководить и контролировать работу ВРК. В партийный центр входили А. С. Бубнов, Ф. Э. Дзержинский, Я. М. Свердлов, И. В. Сталин и М. С. Урицкий. Я. М. Свердлов обеспечивал наблюдение за Временным правительством и постоянную связь с Петропавловской крепостью, Ф. Э. Дзержинский — контроль за почтой и телеграфом, А. С. Бубнов — контроль за железными дорогами. Общим руководством центра занимался Сталин, т.к. у него не было конкретной обозначенной работы (Урицкий так же не имел конкретной работы в данном органе, но в отличие от Сталина, он не имел настолько большого авторитета в партии и опыта на ответственных постах). Таким образом ВРЦ руководил всем восстанием во главе со Сталиным, исполнял же его решения как раз ПВРК, во главе с Троцким. К этому времени усилиями Сталина и других руководителей партии, занятых ежедневной практической работой, число большевиков с начала августа к концу октября 1917 года увеличилось с 240 тысяч до 350 тысяч. Партийные организации были созданы более чем в 100 городах страны. На фронте большевиков было уже 50 тысяч.

На фоне невиданного нарастания силы большевиков и Советов в целом мелкобуржуазные элементы в партии только усилили своё противодействие революции. Зиновьев и Каменев опубликовали своё письмо «К текущему моменту» в непартийной газете «Новая жизнь», где прямым текстом изложили решение партии о вооружённом восстании, тем самым намеренно подставили большевиков и вообще саму революцию. Коммунисты от этого предательства были ошеломлены, в том числе и Ленин, который с яростной пролетарской критикой обрушился на них:

«Из текста заявления Каменева и Зиновьева ясно вполне, что они пошли против ЦК, ибо иначе их заявление бессмысленно…
Я говорю прямо, что товарищами их обоих больше не считаю и всеми силами, и перед ЦК, и перед съездом буду бороться за исключение обоих из партии.
Ибо рабочая партия, которую жизнь все чаще и чаще ставит лицом к лицу с восстанием, не в силах решать эту трудную задачу, если неопубликованные постановления центра, после их принятия, оспариваются в непартийной печати и в ряды борцов вносятся колебания и смута» (ПСС В. И. Ленина 5-е изд., Т. 34, С. 419).

Так же за несколько дней до восстания Троцкий на заседании Петроградского Совета разболтал дни начала восстания, на что контрреволюция почти сразу отреагировала. Все эти действия говорят, что мелкая буржуазия (покуда она является защитником капитала) в предоктябрьские дни активизировалась, начали вести уже прямую борьбу против пролетарской революции, а значит и против пролетариата, срывая и пытаясь оттянуть дни начала восстания – дни начала своей гибели.

Утром 24 октября Керенский издал указ о ликвидации центрального органа большевистской партии «Рабочий путь», послав к редакции «Рабочий путь», а также к большевистской типографии броневики. Но тем же утром по приказу Сталина к редакции и типографии были отправлены красногвардейцы и революционные солдаты, которые оборвали последние попытки контрреволюции «удержаться» у власти. Началось восстание.

Подводя итог о роли Сталина в революции мы можем с уверенностью сказать: Иосиф Виссарионович последовательно и до конца проводил ленинскую линию, линию взятия пролетариатом власти в России, в мелкокрестьянской стране. Приняв научное обоснование возможности построения социализма не то, что в одной стране, так ещё и на 8/10 крестьянской стране, Сталин до конца был предан интересам рабочего класса, и даже в самые «дискуссионные» дни оставался непоколебим.

В ту ночь, с 24 по 25 октября, началась Великая социалистическая революция, началась история строительства нового мира и в этой истории имя Сталина мы встретим ещё не раз.