Дискуссия о профсоюзах и социализм

В данной статье речь пойдет про дискуссии о профсоюзах 20-х годов и диктатуре пролетариата в СССР. Кроме того, будет затронута статья А. Тулина про диктатуру пролетариата в СССР.

Является ли диктатура пролетариата чем-либо застывшим, стоящим на месте явлением? Марксистский диалектический метод говорит нам, что нет. Диктатура пролетариата, как и всякое явление в действительности, подвержена постоянным изменениям, постоянному развитию и имеет стадии своего развития. В противоположность диалектическому пониманию диктатуры пролетариата некоторые социалисты выдвигают метафизическое понимание её, считают, что она остается одной и той же на протяжении всего своего периода.

Прежде всего, обратимся к дискуссии о профсоюзах в конце 1920 — нач. 1921 гг., в ходе которого Ленин отстоял диалектическое понимание развития диктатуры пролетариата и одного важнейшего его рычага — профсоюзов. Понимание роли профсоюзов в пролетарском государстве дает нам ключ к пониманию его начального периода.

Какую позицию занимал Троцкий в этой дискуссии? Он исходит из того, что профсоюзам «отводится довольно неопределенная и во всяком случае очень ограниченная роль по выдвиганию кандидатов на хозяйственные посты и по производственной пропаганде». То есть хозяйственные органы советской власти и профсоюзы существуют параллельно, при этом первые имеют больший вес в управлении производством. Троцкий считает, что подобный «параллелизм» должен быть преодолён. Он пишет:

«В рабочем государстве профессиональный союз есть организация, охватывающая рабочих данной отрасли хозяйства в целях наиболее правильного и успешного обслуживания интересов самого производства и в целях одновременного повышения материального и духовного уровня самих работников. Производственный союз не значит союз при производстве, а значит союз для производства, т. е. для всестороннего в нем участия, в том числе и для руководства производством. В таком случае очевидно, что параллелизм органов хозяйства и профессиональных организаций может быть терпим только как временное явление, а не как принцип рабочего государства» («Профессиональные союзы и их дальнейшая роль»).

То есть, Троцкий считает, что задача профсоюзов в рабочем государстве не защита интересов рабочих, а обслуживание «интересов самого производства», а цель их — повышение «материального и духовного уровня самих работников».

Задачей же рабочего государства в отношении профсоюзов Троцкий считает «с одной стороны, необходимо, чтобы союзы овладели производством, с другой стороны, нужно сделать союзы способными овладеть производством, а не только оказывать ему «содействие».

«Производственная роль профессиональных союзов в рабочем государстве коренным образом отличается от их «тред-юнионистской» (в своей основе) роли в капиталистическом государстве. Между тем при сохраняющейся и укрепляющейся независимости государственно-хозяйственных и союзных органов внутри союзов продолжает сохраняться отношение к государству как к договаривающейся стороне. Этот тред-юнионистский элемент, проникающий в психологию многих профессионалистов в результате охарактеризованного выше положения вещей, является чрезвычайно опасным как для профессиональных союзов, так и для хозяйственных органов, другими словами, для рабочего класса в целом» (там же).

Роль профсоюзов в буржуазном государстве — отстаивание рабочими своих экономических требований и интересов. Но раз у нас рабочее государство, рассуждает Троцкий, то подобного быть не должно, профсоюзы должны защищать интересы производства. Как преодолеть «параллелизм» в управлении производством? Троцкий считает, что профсоюзы должны занять господствующее положение в хозяйственной жизни под руководством партии: профсоюзы должны стать придатком партии и государства. Конечно, в своих тезисах Троцкий вскользь упоминает и о «рабочей демократии», однако в груде мер бюрократических преобразований профсоюзов, которые предлагает Троцкий, все его разглагольствования о демократии и т.п. превращаются в ничто. Ведь Троцкий не ограничился подобными буржуазными, оппортунистическими предложениями в своих тезисах. Он пошел дальше — предложил милитаризировать профсоюзы!

«Милитаризация труда является неизбежным и необходимым методом при переходе от уничтоженного и разрушенного рынка труда к плановой всеобщей трудовой повинности — в тягчайших хозяйственных условиях страны. Но эта милитаризация, как разъяснил IX съезд партии, может быть осуществлена только под руководством всех сознательных рабочих и революционных крестьян, причем неизбежные в переходную эпоху меры принуждения должны опираться на все более и более широкую работу по вовлечению, организации, развитию инициативы, поднятию производственного и общекультурного уровня десятков миллионов рабочих и крестьян. Голое противопоставление «военных» методов (приказ, кара) профессионалистским методам (разъяснение, пропаганда, самодеятельность) представляет собой проявление каутскиански-меньшевистски-эсеровских предрассудков. Милитаризация труда в рабочем государстве не может быть осуществлена без самодеятельности сотен и сотен тысяч рабочих и крестьян, которая превращается в самодеятельность миллионов и миллионов, постепенно поглощая и растворяя в себе наиболее суровые методы и приемы принуждения. Само противопоставление трудовой и военной организации в рабочем государстве представляет собой позорную капитуляцию перед каутскианством. Красная Армия является плодом самодеятельности пролетариата и революционного крестьянства. На этой самодеятельности, на непрерывной агитации и пропаганде в среде отсталых слоев крестьянства целиком основана «милитаризация» самой Красной Армии, т. е. воспитание ее в духе исполнительности и самоотвержения в борьбе за защиту Советской республики» (там же).

Троцкий прямо говорит, что в рабочем государстве нельзя противопоставлять бюрократию (военную организацию) и демократию (трудовую организацию). Однако, как конкретно совмещать эти две противоположные принципы организации, Троцкий никак не разъясняет. Он лишь безосновательно клеит ярлыками тех, кто против подобного соединения.

Мы видим, что главный «критик» бюрократии Троцкий, пока находился в управленческом аппарате, сам призывал к бюрократизации, активно исходил из такой, буржуазной точки зрения. Когда же Троцкого, как классово-враждебный пролетариату элемент, зачистили из партии и государственного аппарата, он начал активно критиковать советское государство, с таких же, буржуазных позиций.

Ленин с позиций диалектического материализма разъясняет Троцкому, и не только ему, в чем суть профсоюзов в пролетарском государстве, попутно разбирая суть начального периода пролетарского государства. Обратимся к его речи и сделаем выводы (выделения в тексте наши):

«Основным моим материалом является брошюра т. Троцкого «О роли и задачах профсоюзов». Сличая эту брошюру с теми тезисами, которые были им предложены в Центральном Комитете, вчитываясь в нее, я удивляюсь, какое количество теоретических ошибок и вопиющих неправильностей сконцентрировано в ней. Как можно было, переходя к большой партийной дискуссии по этому вопросу, вместо того, чтобы дать вещь наиболее обдуманную, изготовить вещь столь неудачную? Я намечу вкратце те основные пункты, в которых, по-моему, первоначальные коренные теоретические неверности содержатся.

Профсоюзы являются не только исторически необходимыми, но исторически неизбежной организацией индустриального пролетариата, охватывающей его, при условиях диктатуры пролетариата, почти поголовно. Это самое основное соображение, а его постоянно забывает, из него не исходит, его не оценивает т. Троцкий. Ведь поставленная им тема: «Роль и задачи профсоюзов» — необъятно широкая тема.

Из сказанного уже вытекает, что во всем осуществлении диктатуры пролетариата роль профсоюзов крайне существенна. Но какова эта роль? Переходя к обсуждению этого вопроса, одного из наиболее основных теоретических вопросов, я прихожу к выводу, что мы имеем тут роль чрезвычайно своеобразную. С одной стороны, поголовно охватывая, включая в ряды организации индустриальных рабочих, профсоюзы являются организацией правящего, господствующего, правительствующего класса, того класса, который осуществляет диктатуру, того класса, который осуществляет государственное принуждение. Но это не есть организация государственная, это не есть организация принуждения, это есть организация воспитательная, организация вовлечения, обучения, это есть школа, школа управления, школа хозяйничания, школа коммунизма. Это совсем необычного типа школа, ибо мы имеем дело не с преподавателями и учениками, а мы имеем дело с некоторым чрезвычайно своеобразным сочетанием того, что осталось от капитализма и что не могло не остаться, и того, что выдвигают из своей среды революционно-передовые отряды, так сказать, революционный авангард пролетариата. И вот, говорить о роли профсоюзов, не учитывая этих истин, значит неизбежно прийти к ряду неправильностей.

Профсоюзы, по месту их в системе диктатуры пролетариата, стоят, если можно так выразиться, между партией и государственной властью. При переходе к социализму неизбежна диктатура пролетариата, но поголовной организацией промышленных рабочих не осуществляется эта диктатура. Почему? Мы можем об этом прочесть в тезисах II конгресса Коминтерна о роли политической партии вообще. Здесь я не буду на этом останавливаться. Получается такая вещь, что партия, так сказать, вбирает в себя авангард пролетариата, и этот авангард осуществляет диктатуру пролетариата. И, не имея такого фундамента, как профсоюзы, нельзя осуществлять диктатуру, нельзя выполнять государственные функции. Осуществлять же их приходится через ряд особых учреждений опять-таки нового какого-то типа, именно: через советский аппарат. В чем своеобразность этого положения в отношении практических выводов? В том, что профсоюзы создают связь авангарда с массами, профсоюзы повседневной работой убеждают массы, массы того класса, который один только в состоянии перевести нас от капитализма к коммунизму. Это с одной стороны. С другой стороны, профсоюзы — «резервуар» государственной власти. Вот что такое профсоюзы в период переходный от капитализма к коммунизму. Вообще нельзя осуществить этот переход, не имея главенства того класса, который один только воспитан капитализмом для крупного производства и один только оторван от интересов мелкого собственника. Но диктатуру пролетариата через его поголовную организацию осуществить нельзя. Ибо не только у нас, в одной из самых отсталых капиталистических стран, но и во всех других капиталистических странах пролетариат все еще так раздроблен, так принижен, так подкуплен кое-где (именно империализмом в отдельных странах), что поголовная организация пролетариата диктатуры его осуществить непосредственно не может. Диктатуру может осуществлять только тот авангард, который вобрал в себя революционную энергию класса. Таким образом, получается как бы ряд зубчатых колес. И таков механизм самой основы диктатуры пролетариата, самой сущности перехода от капитализма к коммунизму. Уже отсюда видно, что когда в первом тезисе т. Троцкий говорит, указывая на «идейную сумятицу», о кризисе специально и именно профсоюзов, то тут в основном есть нечто принципиально неверное. Если говорить о кризисе, то можно говорить о нем лишь после анализа политического момента. «Идейная сумятица» получается именно у Троцкого, потому что он как раз в основном вопросе о роли профсоюзов, с точки зрения перехода от капитализма к коммунизму, упустил из виду, не учел того, что здесь имеется сложная система нескольких зубчатых колес и не может быть простой системы, ибо нельзя осуществлять диктатуры пролетариата через поголовно организованный пролетариат. Нельзя осуществлять диктатуру без нескольких «приводов» от авангарда к массе передового класса, от него к массе трудящихся. В России эта масса крестьянская, в других странах такой массы нет, но даже в самых передовых странах есть масса непролетарская или не чисто пролетарская. Уже отсюда идейная путаница действительно выходит. Троцкий только напрасно в ней обвиняет других.

<…>

А между тем, совершая эту несерьезность, т. Троцкий тут же делает со своей стороны ошибку. У него выходит, что защита материальных и духовных интересов рабочего класса не есть роль профсоюзов в рабочем государстве. Это ошибка. Тов. Троцкий говорит о «рабочем государстве». Позвольте, это абстракция. Когда мы в 1917 году писали о рабочем государстве, то это было понятно; но теперь, когда нам говорят: «Зачем защищать, от кого защищать рабочий класс, так как буржуазии нет, так как государство рабочее», то тут делают явную ошибку. Не совсем рабочее, в том-то и штука. Тут и заключается одна из основных ошибок т. Троцкого. Сейчас мы от общих принципов перешли к деловому обсуждению и к декретам, а нас от приступа к практическому и деловому тянут назад. Так нельзя.

У нас государство на деле не рабочее, а рабоче-крестьянское — это во-первых. А из этого очень многое вытекает (Бухарин: Какое? Рабоче-крестьянское?). И хотя т. Бухарин сзади кричит: «Какое? Рабоче-крестьянское?», но на это я отвечать ему не стану. А кто желает, пусть припомнит только что закончившийся съезд Советов, и в этом уже будет ответ.

Но мало этого. Из нашей партийной программы видно — документ, который автору «Азбуки коммунизма» известен очень хорошо — из этой уже программы видно, что государство у нас рабочее с бюрократическим извращением. И мы этот печальный, — как бы это сказать? — ярлык, что ли, должны были на него навесить. Вот вам реальность перехода. Что же, при такого рода практически сложившемся государстве профсоюзам нечего защищать, можно обойтись без них для защиты материальных и духовных интересов пролетариата, поголовно организованного? — Это совершенно неверное теоретически рассуждение. Это переносит нас в область абстракции или идеала, которого мы через 15-20 лет достигнем, но я и в этом не уверен, что достигнем в такой именно срок. Перед нами же действительность, которую мы хорошо знаем, если только мы не опьяняем себя, не увлекаемся интеллигентскими разговорами, или абстрактными рассуждениями, или тем, что иногда кажется «теорией», а на деле является ошибкой, неверным учетом особенностей перехода. Наше теперешнее государство таково, что поголовно организованный пролетариат защищать себя должен, а мы должны эти рабочие организации использовать для защиты рабочих от своего государства и для защиты рабочими нашего государства. И та и другая защита осуществляется через своеобразное сплетение наших государственных мер и нашего соглашения, «сращивания» с нашими профсоюзами».

ВЫВОДЫ

1) В переходный период от капитализма к пролетарскому социализму диктатуру пролетариата осуществляет авангард пролетариата, а не поголовно организованный пролетариат.

Авангард пролетариата — это передовая, марксистски-грамотная часть пролетариата. При этом нельзя отождествлять коммунистическую партию с авангардом пролетариата, ибо «партия вбирает в себя авангард», но не состоит полностью из этого авангарда. В коммунистической партии при диктатуре пролетариата есть как коммунисты, так и классово-враждебные буржуазные и мелкобуржуазные элементы, карьеристы и т.п. И только настоящие коммунисты в коммунистической партии и есть авангард пролетариата, то есть передовая его часть.

Диктатуру пролетариата сразу после взятия власти пролетариатом осуществляет не поголовно организованный пролетариат, а лишь та часть пролетариата, которая умеет это делать, способна к этому, политически и теоретически грамотна (как уже сказано, это авангард пролетариата). Цель этой части пролетариата — сделать весь пролетариат таким же грамотным, способным управлять своим государством.

Тут же можно вспомнить известную цитату В. И. Ленина о кухарке:

«Мы не утописты. Мы знаем, что любой черно­рабочий и любая кухарка не способны сей­час же вступить в управление государ­ством… Но мы… требуем немедленно­го разрыва с тем предрассудком, будто управлять государством, нести буднич­ную, ежедневную работу управления в состоянии только богатые или из бога­тых семей взятые чиновники. Мы требу­ем, чтобы обучение делу государствен­ного управления велось сознательны­ми рабочими и солдатами и чтобы нача­то было оно немедленно, то есть к обу­чению этому немедленно начали привле­кать всех трудящихся, всю бедноту» (ПСС, т. 34, с. 315).

При пролетарском социализме же, когда весь пролетариат достиг уровня своего авангарда, начинает управлять сам поголовно организованный пролетариат лишь посредством различных Советов.

2) В переходный период от капитализма к социализму, диктатура пролетариата имеет бюрократические извращения.

Иначе говоря, пролетариату после завоевания государственной власти в наследство от старого буржуазного государства достается бюрократическая гос. машина, система управления, которую пролетариат должен разбить — это было доказано еще Марксом в ходе исследования Парижской Коммуны. Но пролетариат должен не просто разбить буржуазно-бюрократическую систему управления, но и выстроить новую взамен неё — основанную на пролетарской демократии. А пролетарский социализм и есть ничто иное как ДИКТАТУРА ПРОЛЕТАРИАТА, ОСУЩЕСТВЛЯЕМАЯ ВСЕМ ПРОЛЕТАРИАТОМ НА ОСНОВЕ ПРОЛЕТАРСКОЙ ДЕМОКРАТИИ. Это азы еще из работы Ленина «Государство и революция»:

«Свергнуть капиталистов, разбить железной рукой вооруженных рабочих сопротивление этих эксплуататоров, сломать бюрократическую машину современного государства - и перед нами освобожденный от “паразита” высоко технически оборудованный механизм, который вполне могут пустить в ход сами объединенные рабочие, нанимая техников, надсмотрщиков, бухгалтеров, оплачивая работу всех их, как и всех вообще «государственных» чиновников, заработной платой рабочего. Вот задача конкретная, практическая, осуществимая тотчас по отношению ко всем трестам, избавляющая трудящихся от эксплуатации, учитывающая опыт, практически уже начатый (особенно в области государственного строительства) Коммуной

…<…>

Рабочие, завоевав политическую власть, разобьют старый бюрократический аппарат, сломают его до основания, не оставят от него камня на камне, заменят его новым, состоящим из тех же самых рабочих и служащих, против превращения коих в бюрократов будут приняты тотчас меры, подробно разобранные Марксом и Энгельсом: 1) не только выборность, но и сменяемость в любое время; 2) плата не выше платы рабочего; 3) переход немедленный к тому, чтобы все исполняли функции контроля и надзора, чтобы все на время становились “бюрократами” и чтобы поэтому никто не мог стать “бюрократом”. При социализме все будут управлять по очереди и быстро привыкнут к тому, чтобы никто не управлял»

3) В переходный период от капитализма к социализму пролетариат должен уметь не просто защищать своё государство, но и себя ОТ СВОЕГО государства. Эта защита осуществляется при помощи профсоюзов и не только.

У диктатуры пролетариата в переходный период есть рычаги от авангарда пролетариата к массам, привода, соединяющие их, позволяющие контролировать пролетариату свое государство.

«Это, во-первых, профсоюзы рабочих, с их разветвлениями в центре и на местах в виде целого ряда производственных, культурных, воспитательных и иных организаций. Они объединяют рабочих всех профессии. Это есть организация непартийная. Профсоюзы можно назвать поголовной организацией господствующего у нас рабочего класса. Они являются школой коммунизма. Они выделяют из своей среды лучших людей для руководящей работы по всем отраслям управления. Они осуществляют связь между передовыми и отсталыми в составе рабочего класса. Они соединяют рабочие массы с авангардом рабочего класса.

Это, во-вторых, Советы с их многочисленными разветвлениями в центре и на местах в виде административных, хозяйственных, военных, культурных и других государственных организаций, плюс бесчисленное множество самочинных массовых объединений трудящихся, облегающих эти организации и соединяющих их с населением. Советы есть массовая организация всех трудящихся города и деревни. Это есть организация непартийная. Советы есть прямое выражение диктатуры пролетариата. Через Советы проходят все и всякие мероприятия по укреплению диктатуры и строительству социализма. Через Советы осуществляется государственное руководство крестьянством со стороны пролетариата. Советы соединяют миллионные массы трудящихся с авангардом пролетариата.

Это, в-третьих, кооперация всех видов со всеми её разветвлениями. Это есть массовая организация трудящихся, организация непартийная, объединяющая их, прежде всего, как потребителей, а также, с течением времени, и как производителей (сельскохозяйственная кооперация). Она приобретает особое значение после упрочения диктатуры пролетариата, в период широкого строительства. Она облегчает связь авангарда пролетариата с массами крестьянства и создаёт возможность вовлечения последних в русло социалистического строительства.

Это, в-четвёртых, союз молодёжи. Это есть массовая организация рабочей и крестьянской молодёжи, организация непартийная, но примыкающая к партии. Она имеет своей задачей помощь партии в деле воспитания молодого поколения в духе социализма. Она даёт молодые резервы для всех остальных массовых организаций пролетариата по всем отраслям управления. Союз молодёжи приобрёл особое значение после упрочения диктатуры пролетариата, в период широкой культурной и воспитательной работы пролетариата» (Сталин).

Добавить можно к словам Сталина от себя еще и Рабкрин. Однако, Рабкрин не получил необходимого развития и превратился со временем в формальность в СССР. Однако, сама задумка Ленина о рабочих инспекциях, которые могут снять в любое время любых чиновников со своих постов, была достаточно марксистской.

Нельзя никак забывать, что это организации трудящихся именно контролирующие, а не управляющие. Управляет авангард пролетариата.

В СССР с 1922 по 1953 гг. была диктатура пролетариата, смешанная с бюрократической системой управления. Авангард пролетариата постепенно разбивал бюрократическую систему управления и выстраивал взамен нее новую пролетарско-демократическую систему управления.

Недавно вышла статья А. Тулина про диктатуру пролетариата в СССР. Можно было бы обойти стороной эту статью, ибо она не стала достаточно популярной, немарксистские взгляды на СССР не стали вводить в обман людей, интересующихся научным коммунизмом. Причина критики в другом — в том, что любой начинающий коммунист в изучении истории СССР может допустить такие же ошибки ввиду недопонимания марксизма-ленинизма, пробелов в знаниях по теории и истории. Во избежание подобного в рядах новых коммунистов мы и пишем критику.

Начинает Тулин с «для начала определимся с понятиями». Дает определения понятиям диктатура и диктатура пролетариата. Если про диктатуру он сказал вполне верно, то про диктатуру пролетариата он пишет:

Диктатура пролетариата - это политическая система, при которой вся государственная власть принадлежит пролетариату, которая в свою очередь использует этот самый государственный аппарат, чтобы подавить буржуазные элементы (капиталисты, либералы, фашисты, националисты), а также для того, чтобы побороть мелкобуржуазную стихию. Осуществляется диктатура пролетариата через систему Советов (или «рабочих Советов», «рабочих комитетов»), органов, состоящих из выборных сменяемых рабочих-депутатов. Вся система управления при диктатуре пролетариата выстраивается «снизу вверх», а не наоборот, означает реальный вес трудовых коллективов на принятие политических решений. Диктатура пролетариата не бывает полной или неполной. Нет такого понятия в марксизме как «полная» или «неполная» диктатура пролетариата. Либо диктатура пролетариата есть, либо этой диктатуры нет.

Во-первых, пролетариат с помощью своей диктатуры не только подавляет своих классовых врагов, но и выполняет ряд множества других функций: перестраивает всё производство, защищает себя от внешних врагов (обучая пролетариат военному делу), занимается самовоспитанием — через обучение наукам и через пролетарскую систему образования, контролирует всю информацию, и т.д.

Во-вторых, диалектика развития пролетарского государства нам говорит, что диктатура пролетариата в переходный период от капитализма к социализму является неполной, ибо её осуществляет не весь пролетариат, а толька та её часть, которая умеет это делать (авангард пролетариата). Диктатура пролетариата есть, но она в силу объективных материальных причин (безграмотность пролетариата, низкий уровень его культуры и организационных навыков и проч.) осуществляется авангардом пролетариата. Это доказано теоретически Лениным и доказано практикой советского строительства. Поэтому в марксизме есть как раз-таки стадии развития диктатуры пролетариата (период строительства пролетарского государства, период полноценной диктатуры пролетариата — пролетарский социализм, отмирание пролетарского социализма). Для анти-марксистской метафизики нет такого развития и стадий развития.

Конечно, Тулин признает, что из-за объективных причин в СССР управлял не весь пролетариат. Но мы увидим, какие выводы он из этого сделает дальше!

«Управлять страной стали «профессиональные» политики и специалисты в области управления промышленностью, здравоохранением, образованием, обороной. Ленин в своей работе «Очередные задачи Советской власти» писал: «Нам пришлось теперь прибегнуть к старому, буржуазному средству и согласиться на очень высокую оплату «услуг» крупнейших из буржуазных специалистов. Все, знакомые с делом, видят это, но не все вдумываются в значение подобной меры со стороны пролетарского государства. Ясно, что такая мера есть компромисс, отступление от принципов Парижской Коммуны и всякой пролетарской власти, требующих сведения жалований к уровню платы среднему рабочему, требующих борьбы делом, а не словами, с карьеризмом». Он же в этой же работе пишет : «Скрывать от масс, что привлечение буржуазных специалистов чрезвычайно высокими заработками есть отступление от принципов Парижской Коммуны, значило бы опускаться до уровня буржуазных политиканов и обманывать массы». Как мы видим, Ленин по сути сам признаёт, что Советское государство перестало быть по-настоящему пролетарским, что Советская республика мало соответствует принципам Парижской Коммуны. Он утверждает, что нельзя скрывать от масс, что Советское государство отошло от принципов Парижской Коммуны».

Ленин не говорит, что советская власть перестала быть по-настоящему пролетарской, как это приписывает Ленину Тулин. Ленин говорит, что советское пролетарское государство отступило от принципов всякой пролетарской власти. Но из этого Ленин никак не делает вывода, что советская власть перестала быть пролетарской.

«Первое в мире социалистическое государство потерпело серьёзную деформацию, рабочие были фактически отсечены от управления государством. В тех сложных условиях, в той трудной ситуации диктатура пролетариата как таковая была невозможна, потому что для того, чтобы диктатура пролетариата стала возможной, необходимо, чтобы пролетарии имели хотя бы базовые знания в экономике и обществознании и чтобы пролетарии были готовы полностью взять на себя ответственность за судьбу своей социалистической родины. Но ничего этого у большинства российских пролетариев не было, а гражданская (а потом и Великая Отечественная) война, наличие капиталистического окружения лишь только усугубило ситуацию. Всё это вкупе с жесткой цензурой, при которой любая критика в адрес партийного руководства была невозможна, а не согласные с «генеральной линией» подвергались репрессиям с навешиванием ярлыков «врагов народа», «троцкисты», «предатели» и т.п.».

Все мы знаем, что пока сохраняется классовое общество, сохраняется и диктатура класса. Если не было диктатуры пролетариата, то диктатура какого класса была в СССР? Тулин молчит.

Свои утверждения про «любую критику» и «ярлыки» Тулин никак не обосновывает, поэтому оставим их в стороне.

«Поэтому Никита Хрущёв не мог «отменить» диктатуру пролетариата, потому что и до него никакой диктатуры пролетариата не было, была лишь власть в партийной бюрократии. Выборы в Советы были лишь формальностью и ни на что не влияли в стране. Поклонники Сталина выдают эту бюрократическую систему за диктатуру пролетариата, хотя на самом же деле они реально на ситуацию в стране не влияли. На деле же в итоге получилась не диктатура пролетариата, не социалистическая демократия, а социализм с бюрократическим извращением (хотя в идеале социалистическая демократия предполагает полное устранение бюрократии)».

Тулин прав в первой половине первого предложения этого абзаца — что Хрущев не мог отменить диктатуру пролетариата. Только субъективные идеалисты могут думать, что Хрущев мог «отменить» диктатуру пролетариата.

Но Тулин никак не обосновал, что до Хрущева не было диктатуры пролетариата. Более того, он впал в противоречие со своим изначальным утверждением:

Марксистская же наука учит нас тому, что диктатура - это политическая система, при которой вся власть сосредоточена в руках того или иного социального класса. О том, что такое «социальный класс», думаю, марксистам объяснять не нужно. Проще говоря, диктатуру можно охарактеризовать как такую систему, при которой одна часть общества навязывает свою волю другой и использует для этого все рычаги государственного аппарата.

Какой класс осуществлял свою диктатуру в СССР, Тулин?!

Попутно, исходя из своих анти-марксистских выводов, Тулин говорит, что в СССР был «социализм с бюрократическим извращением». Что такое социализм, Тулин нигде не разъяснял, не понятно, что он имеет ввиду под ним.

В марксизме же пролетарский социализм обладает следующими основными признаками:

1. Диктатура пролетариата с полноценной пролетарской гос. машиной, основанной на пролетарской демократии (когда все по очереди становятся ненадолго бюрократами и потому перестают ими быть).

2. Единая пролетарская гос. собственность на средства производства и исходящий из нее социалистический продуктообмен без посредства денег.

Пока сохраняются бюрократические извращения, переход к этому пролетарскому социализму невозможен, но происходит движение в направлении к нему путем разбития бюрократического аппарата и выстроения взамен нее пролетарско-демократического. Это и происходило в СССР с 1922 по 1953 гг. Именно поэтому, это был период строительства пролетарского социализма. Как конкретно в СССР происходило разбитие старого и выстроение нового, мы говорили в статье от 5 мая.

Организация «Наука марксизм» и его кружки в Махачкале, Каспийске и Дербенте придерживаются марксистско-ленинского подхода к пониманию пролетарской революции и буржуазной контрреволюции в СССР и будет всемерно отстаивать этот подход.

Примечание

Посередине обозначен правящий класс. Черной полоской обозначен период взятия власти пролетариатом. В нижней части показаны процессы в базисе, в верхней — система управления.